«Я девять лет не видал своей маменьки и не знал, жива ли она, или кости ее лежат уже в сырой земле. Я пошел в свое отечество. Когда я пришел в город, я спрашивал, где живет Густав Мауер, который был арендатором у графа Зомерблат? И мне сказали: «граф Зомерблат умер, и Густав Мауер живет теперь в большой улице и держит лавку ликер». Я надел свой новый жилет, хороший сюртук — подарок фабриканта, хорошенько причесал волосы и пошел в ликерную лавку моего папеньки. Сестра Mariechen сидела в лавочке и спросила, что мне нужно? Я сказал: «можно выпить рюмочку ликер?», и она сказала: «Vater!молодой человек просит рюмочку ликер». И папенька сказал: «подай молодому человеку рюмочку ликер». Я сел подле столика, пил свою рюмочку ликер, курил трубочку и смотрел на папеньку,Mariechen и Johann, который тоже вошел в лавку. Между разговором папенька сказал мне: «вы верно знаете, молодой человек, где стоит теперь наше арме». Я сказал:«я сам иду из арме, и она стоит подле Wien». — «Наш сын, — сказал папенька, — был Soldat, и вот девять лет он не писал нам, и мы не знаем, жив он или умер.Моя жена всегда плачет об нем...» Я курил свою трубочку и сказал: «как звали вашего сына, и где он служил? может быть я знаю его...» — «Его звали Карл Мауер, и он служил в Австрийских егерях», сказал мой папенька. «Он высокий ростом и красивый мужчина, как вы»,сказала сестра Mariechen. Я сказал: «я знаю вашего Karl». — Amalia! — sagte auf einmal mein VaterПримечание 1 [сказал вдруг мой отец] И мое милы маменька выходит из задня дверью. Я сейчас узнал его. «Вы знаетенаша Karl», он сказал, посмотрил на мене и весь бледны за... дро...жал!... «Да, явидел его», я сказал, и не смел поднять глаза на нее; сердце у меня пригнуть хотело. «Karl мой жив! — сказала маменька, — слава Богу. Где он, мой милый Karl? Я быумерла спокойно, ежели бы еще раз посмотреть на него, на моего любимого сына; но Бог нехочет этого», и он заплакал... Я не мог терпейть... Маменька! — я сказал, — я ваш Карл! И он упал мне на рука....»
Карл Иваныч закрыл глаза, и губы его задрожали.
«Mutter! — sagte ich, — ich bin ihr Sohn, ich bin ihr Karl! und sie stürzte mir in die Arme»,Примечание 2 [«Маменька! — сказал я, — я ваш сын, ваш Карл!» и она бросилась в мои объятия,]
«Но Богу не угодно было, чтобы я кончил дни на своей родине. Мне суждено было несчастье ! das Unglück verfolgte mich überall!...Примечание 3 [несчастье повсюду меня преследовало!] Примечание 4 [сюртуке,] Примечание 5 [ночной сторож] Примечание 6 [Отворите!] Примечание 7 [Отворите именем закона!] Два Soldat с ружьями стояли зa дверью, и в комнату вошел незнакомыйчеловек в сером Ueberrock,Примечание 8 [сюртуке,] ты шпион; зашишайся! du bist ein Spion, vertheidige dich!» Ich gab einHiebПримечание 9 [Я нанес один удар] и один на галава. Шпион упал! Я схватил чемодан и деньги и прыгнул заокошко. Ich nahm meinen Mantelsack und Beutel und sprang zum Fenster hinaus. Ich kam nachEms,Примечание 10 [Я пришел в Эмс] енерал Сазин . Он полюбил меня, достал у посланника паспорт и взял меняс собой в Россию учить детей. Когда енерал Сазин умер, ваша маменькапозвала меня к себе. Она сказала: «Карл Иваныч! отдаю вам своих детей, любите их, и яникогда не оставлю вас, я успокою вашу старость». Теперь ее не стало, и всё забыто. За своюдвадцатилетнюю службу я должен теперь на старости лет итти на улицу искать свой черствыйкусок хлеба... Бог сей видит и сей знает и на сей Его святое воля, только васжалько мне, детьи! » заключил Карл Иваныч, притягивая меня к себе за руку и цалуя вголову.