Пьер, решивший сам с собою, что ему, до исполнения своего намерения, не надо было открывать ни своего звания, ни знания французского языка, стоял в полуоткрытых дверях коридора, намереваясь тотчас же скрыться, как скоро войдут французы. Но французы вошли, и Пьер всё не отходил от двери: непреодолимое любопытство удерживало его.
Их было двое. Один — офицер, высокий, бравый и красивый мужчина, другой —очевидно солдат или денщик, приземистый, худой, загорелый человек с ввалившимися щеками и тупым выражением лица. Офицер, опираясь на палку и прихрамывая, шел впереди. Сделав несколько шагов, офицер, как бы решив сам с собою, что квартира эта хороша, остановился, обернулся назад к стоявшим в дверях солдатам и громким начальническим голосом крикнул им, чтоб они вводили лошадей. Окончив это дело, офицер молодецким жестом, высоко подняв локоть руки, расправил усы и дотронулся рукой до шляпы.
— Bonjour, la compagnie! — Почтение всей компании! — весело проговорил он, улыбаясь и оглядываясь вокруг себя.
Никто ничего не отвечал.
— Vous êtes le bourgeois? — Вы хозяин? — обратился офицер к Герасиму.
Герасим испуганно, вопросительно смотрел на офицера.
— Quartire, quartire, logement, — сказал офицер, сверху вниз, с снисходительною и добродушною улыбкой, глядя на маленького человека. — Les Français sont de bons enfants. Que diable! Voyons! Ne nous fâchons pas, mon vieux, — Квартир, квартир. Французы добрые ребята. Чорт возьми, не будем ссориться,дедушка, — прибавил он, трепля по плечу испуганного и молчаливого Герасима.
— A ça! Dites donc, on ne parle donc pas français dans cette boutique? — Что ж, неужели и тут никто не говорит по-французски? — прибавил он, оглядываясь кругом и встречаясь глазами с Пьером. Пьер отстранился отдвери.
Офицер опять обратился к Герасиму. Он требовал, чтобы Герасим показал ему комнаты в доме.
— Барин нету — не понимай... моя ваш... — говорил Герасим, стараясь сделать свои слова понятнее тем, что он их говорил навыворот.
Французский офицер, улыбаясь, развел руками перед носом Герасима, давая чувствовать, что и он не понимает его, и прихрамывая пошел к двери, у которой стоял Пьер. Пьер хотел отойти, чтобы скрыться от него, но в это самое время он увидал из отворившейся двери кухни высунувшегося Макара Алексеича с пистолетом в руках. С хитростью безумного, Макар Алексеич оглядел француза и, приподняв пистолет, прицелился.
— На абордаж!!!.. — закричал пьяный, нажимая спуск пистолета. Французский офицер обернулся на крик, и в то же мгновенье Пьер бросился на пьяного. В то время как Пьер схватил и приподнял пистолет, Макар Алексеич попал наконец пальцем на спуск, и раздался оглушивший и обдавший всех пороховым дымом выстрел. Француз побледнел и бросился назад к двери.
Забывший свое намерение не открывать своего знания французского языка, Пьер,вырвав пистолет и бросив его, подбежал к офицеру и по-французски заговорил с ним.
— Vous n'êtes pas blessé? — сказал он.
— Je crois que non, — Вы не ранены? — Кажется нет, — отвечал офицер, ощупывая себя; — mais je l'аі manqué belle cette fois-ci, — но на этот раз близко было, — прибавил он, указывая на отбившуюся штукатурку в стене. — Quel est cet homme? — Кто этот человек? — строго взглянув на Пьера, сказал офицер.
— Ah, je suis vraiment au désespoir de ce qui vient d'arriver, — Ах, я право в отчаянии от того, чтò случилось, — быстро говорил Пьер, совершенно забыв свою роль. — C'est un fou, un malheureux quine savait pas ce qu'il faisait. — Это несчастный сумасшедший, который не знал, чтò делал.
Офицер подошел к Макару Алексеичу и схватил его зà-ворот.
Макар Алексеич, распустив губы, как бы засыпая, качался, прислонившись к стене.
— Brigand, tu me la payeras, — сказал француз, отнимая руку.
— Nous autres nous sommes сlements après la victoire: mais nous ne pardonnons pas aux traîres, — Разбойник, ты мне поплатишься за это. Наш брат милосерд после победы, но мы не прощаем изменникам, — прибавил он с мрачною торжественностью в лице и с красивым энергическим жестом.
Пьер продолжал по-французски уговаривать офицера не взыскивать с этого пьяного,безумного человека. Француз молча слушал, не изменяя мрачного вида и вдруг с улыбкой обратился к Пьеру. Он несколько секунд молча посмотрел на него.
Красивое лицо его приняло трагически-нежное выражение, и он протянул руку.
— Vous m'avez sauvé la vie! Vous êtes Français, — Вы спасли мне жизнь. Вы француз, — сказал он. Для француза вывод этот был несомненен. Совершить великое дело мог толькофранцуз, а спасение жизни его, m-r Ramball'я, capitaine du 13-me léger мосье Рамбаля, капитана 13-го легкого полка — было без сомнения самым великим делом.
Но как ни несомненен был этот вывод и основанное на нем убеждение офицера, Пьер счел нужным разочаровать его.
— Je suis Russe, — Я русский, — быстро сказал Пьер.
— Ти-ти-ти, à d'autres, рассказывайте это другим, — сказал француз, махая пальцем себе пред носом и улыбаясь. — Tout à l’heure vousallez me conter tout ça, — сказал он. — Charmé de rencontrer un compatriote. Eh bien!qu’allons nous faire de cet homme? — Сейчас вы мне всё это расскажете. Очень приятно встретить соотечественника. Ну! что же нам делать с этим человеком? — прибавил он, обращаясь к Пьеру уже как к своему брату. Ежели бы Пьер даже не былфранцуз, получив раз это высшее в свете наименование, не мог же он отречься от него, говориловыражение лица и тон французского офицера. На последний вопрос Пьер еще раз объяснил, кто былМакар Алексеевич, объяснил, что пред самым их приходом этот пьяный, безумный человек утащилзаряженный пистолет, который не успели отнять у него, и просил оставить его поступок безнаказания.
Француз выставил грудь и сделал царский жест рукой.
— Vous m'avez sauvé la vie. Vous êtes français. Vous me demandez sa grâce? Je vous l'accorde. Qu'on emmène cet homme, — Вы спасли мне жизнь. Вы француз. Вы хотите, чтоб я простил его? Я прощаю его. Увести этого человека, — быстро и энергично проговорил французский офицер, взяв под руку произведенного им заспасение его жизни во французы Пьера, и пошел с ним в комнату.
Солдаты, бывшие на дворе, услыхав выстрел, вошли в сени, спрашивая, чтò случилось и изъявляя готовность наказать виновных; но офицер строго остановил их:
— On vous demandera quand on aura besoin de vous, — Когда будет нужно, вас позовут, — сказал он. Солдаты вышли. Денщик, успевший между тем побывать в кухне,подошел к офицеру.
— Capitaine, ils ont de la soupe et du gigot de mouton dans la cuisine, —сказал он. — Faut-il vous l'apporter?
— Oui, et le vin, — Капитан, у них в кухне есть суп и жареная баранина. Прикажете принести? — Да, и вино, — сказал капитан.